Решение АС Челябинской области от 22 апреля 2022 г. по делу N А76-31539/2021
Арбитражный суд Челябинской области по результатам рассмотрения заявления кредитора принял нехарактерное для российской правоприменительной практики решение о возбуждении дела о банкротстве в отношении иностранного юридического лица. Должник — организация, зарегистрированная в Федерации Сент-Китс и Невис, островном государстве Карибского бассейна — осуществлял на территории России деятельность по взысканию просроченной задолженности, а его долг перед кредитором — гражданином РФ (по возмещению судебных расходов и выплате вознаграждения арбитражному управляющему) возник в связи с их участием в ряде дел о банкротстве третьих лиц.
Констатировав, что отечественное законодательство прямо не относит рассмотрение дел о банкротстве иностранных юридических лиц к компетенции российских судебных органов (Закон о банкротстве лишь единожды вскользь упоминает об институте трансграничного банкротства), арбитражный суд тем не менее счел возможным удовлетворить заявление кредитора. Суд исходил из того, что деловая активность должника, а следовательно и большая часть его кредиторов сосредоточены на территории России, здесь же находится принадлежащая ему имущественная масса (дебиторская задолженность третьих лиц). В спорный период должник имел расчетный счет в российском банке и состоял на налоговом учете. Кроме того, единственным участником и руководителем должника является российский гражданин. По мнению суда, при таких обстоятельствах отказ кредитору в применении предусмотренных Законом о банкротстве механизмов существенно ограничивал бы его право на получение эффективной судебной защиты.
С учетом того, что российское законодательство не содержит норм, определяющих особенности банкротства иностранных юридических лиц, в рассматриваемом случае суд счел оптимальным механизмом открытие конкурсного производства в отношении имущественной массы должника, находящейся на территории России или тесно с ней связанной, по аналогии с институтами банкротства неправосубъектных образований (наследственной массы, фермерского хозяйства), а также с институтом распределения имущества ликвидированного юридического лица. Поскольку должник, помимо прочего, был исключен из национального реестра компаний иностранного государства, но в соответствии с законодательством последнего временно сохранил в определенном объеме свою правосубъектность, суд применил также положения о банкротстве ликвидируемого должника.
Мораторий на возбуждение дел о банкротстве, по мнению суда, в настоящем случае, в силу его специфики, неприменим.
Отметим, что рассматриваемое решение нетипично для отечественной судебной практики, которая обычно исходит из того, что дела о банкротстве иностранных организаций не подлежат рассмотрению российскими судами (см., например, постановления АС Центрального округа от 22.11.2021 N Ф10-5936/21, АС Московского округа от 15.11.2017 N Ф05-10670/17 (также определение ВС РФ от 12.03.2018 N 305-ЭС18-552), Девятого ААС от 11.02.2020 N 09АП-2602/20). Вместе с тем суды не исключают возможности признания банкротом иностранного гражданина при условии, что он имеет место жительства и имущество на территории России (см., например, постановления АС Московского округа от 13.01.2022 N Ф05-33570/21, АС Северо-Западного округа от 23.09.2021 N Ф07-10431/21, АС Волго-Вятского округа от 24.10.2017 N Ф01-3755/17 (также определение ВС РФ от 12.01.2018 N 301-ЭС17-20197).
Подготовлено экспертами компании «Гарант»
