Определение Верховного Суда РФ от 2 августа 2021 г. N 57-КГ21-11-К1
Верховный Суд РФ отменил отказ в иске и передал на новое рассмотрение дело о возмещении морального вреда дочери пациента, скоропостижно скончавшегося от рака.
Дочь обосновывала иск тем, что врачи «пропустили» опухоль, и в течение полугода активно лечили пациента от панкреатита, даже делали полостную операцию, однако опухоль желудка не обнаружили и не заподозрили, адекватные исследования (ФГДС, рентген желудка, СКТ органов брюшной полости) не провели, причин перфорации кишечника не выяснили. Когда же правильный диагноз «аденокарцинома», наконец, был поставлен, у пациента имелся уже запущенный рак желудка с врастанием опухоли в ворота селезёнки, хвост поджелудочной железы и с метастазами рака в забрюшинные лимфатические узлы и стенку тонкого кишечника. Через непродолжительное время отец истицы скончался.
Помимо иска к больнице, дочь жаловалась в страховую медицинскую организацию (экспертиза качества медпомощи отметила многочисленные нарушения качества) и попыталась также возбудить уголовное дело по факту ненадлежащего оказания медпомощи. Судебная экспертиза указала на дефекты медпомощи, однако эксперты отметили, что эти дефекты не имеют прямой причинно-следственной связи со смертью пациента. На этом основании в возбуждении уголовного дела было отказано.
И на этом же основании суды первых трех инстанций отказали дочери в удовлетворении гражданского иска о возмещении моральных страданий:
- раз нет прямой причинно-следственной связи между смертью пациента и оказанной ему ранее медпомощью, то вины медиков в этой смерти нет, следовательно, возмещать вред в связи со смертью пациента они не должны;
- что же касается моральных страданий по поводу некачественной медпомощи, то, по мнению суда, право на такое возмещение имеет только сам потребитель такой помощи, то есть умерший пациент. По наследству это право не переходит, поскольку неразрывно связано с личностью потерпевшего, стало быть, дочери покойного медики ничего выплачивать не должны.
Верховный Суд РФ с этим не согласился:
- суды первых инстанций указали, что раз нет причинно-следственной связи между недостатками оказания медпомощи и смертью пациента, то нет и причинной связи между нравственными страданиями истца в результате смерти её отца и действиями медработников. Таким образом, по сути, судебные инстанции сделали неправильный вывод о том, что основанием для возмещения морального вреда может являться только прямая причинная связь между выявленными дефектами медпомощи и смертью;
- однако такое толкование противоречит приведённому правовому регулированию спорных отношений;
- возможность возмещения вреда, в том числе морального вреда, не поставлена в зависимость от наличия только прямой причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом;
- в данном случае юридическое значение может иметь и косвенная (опосредованная) причинная связь, если дефекты (недостатки) оказания медицинской помощи пациенту могли способствовать ухудшению состояния его здоровья и ограничить его право на получение своевременного и отвечающего установленным стандартам лечения;
- при этом ухудшение состояния здоровья человека вследствие некачественной медпомощи (в том числе при несвоевременной диагностике заболевания и при непроведении пациенту всех необходимых лечебных мероприятий) причиняет страдания, то есть причиняет вред, как самому пациенту, так и его родственникам, что является достаточным основанием для компенсации такого вреда.
Подготовлено экспертами компании «Гарант»
