Постановление Конституционного Суда РФ от 14 июля 2020 г. N 35-П
Гражданин обратился в Конституционный Суд РФ с жалобой на неконституционность части первой ст. 392 ТК РФ. Напомним, что согласно указанной норме работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права.
Претензии заявителя сводились к тому, что данное положение на практике выступает в качестве основания для отказа в удовлетворении требования о компенсации морального вреда в тех случаях, когда сам факт нарушения прав и свобод гражданина установлен другим решением суда, вступившим в законную силу, в связи с пропуском закрепленного этой нормой срока на обращение в суд.
Именно таким образом эта норма была применена судами общей юрисдикции при рассмотрении спора между заявителем и его нанимателем. Первоначально заявитель обратился в суд с требованием о признании незаконным своего увольнения и выиграл дело. Вслед за этим он подал еще один иск, на этот раз требуя компенсации морального вреда, причиненного ему незаконным увольнением. Однако ответчик заявил о пропуске срока на обращение в суд, ведь с момента увольнения прошло уже более трех месяцев, а именно в этот момент заявитель узнал о нарушении своего права. Суд встал на сторону нанимателя и отверг доводы истца о том, что срок обращения в суд должен исчисляться со дня вступления в законную силу решения суда о восстановлении на службе.
Конституционный Суд РФ, в свою очередь, отметил, что, как правило, требование о компенсации вреда предъявляется в суд заинтересованным лицом одновременно с требованием, из которого оно вытекает, а возможность его удовлетворения зависит от установления судом в том же судебном процессе оснований для удовлетворения основного требования. Вместе с тем в случаях, когда требование о компенсации морального вреда вытекает из нарушения имущественных или иных прав, именно заинтересованному лицу принадлежит право выбирать, обращаться ли ему в суд с соответствующим иском одновременно с требованием о защите нарушенных прав или по отдельности. Следовательно, работник не лишен возможности обращаться в суд с таким иском уже после разрешения судом индивидуального трудового спора, в том числе и после вступления в законную силу решения суда, которым требование работника о восстановлении нарушенных трудовых прав было удовлетворено.
Когда требования о восстановлении нарушенных трудовых прав и о компенсации причиненного таким нарушением морального вреда заявляются работником раздельно, применение к последним сроков, предусмотренных ст. 392 ТК РФ, фактически может привести к тому, что на момент вступления в законную силу судебного решения, установившего факт нарушения прав работника и, соответственно, свидетельствующего о правомерности предъявления требования о возмещении морального вреда, удовлетворение этого требования станет невозможным.
В связи с этим суд пришел к выводу о том, что к требованию о компенсации морального вреда, когда оно заявлено самостоятельно — без связи с другими требованиями, вытекающими из трудовых правоотношений, — не могут быть применены сроки, предусмотренные частью первой ст. 392 ТК РФ. Но в то же время судьи уточнили, что право работника требовать компенсации морального вреда не должно нарушать баланс прав и законных интересов работников и работодателей. Реализация такого права без установления разумных сроков обращения в суд, тем более после того как нарушенные трудовые права восстановлены в судебном порядке, вела бы к несоразмерному ограничению прав работодателя как стороны в трудовом договоре и субъекта экономической деятельности. Поэтому такой срок должен быть установлен законом, а соответствующий пробел в законодательстве должен быть устранен.
В итоге суд признал часть первую ст. 392 ТК РФ противоречащей Конституции РФ в той мере, в какой она не определяет сроки обращения в суд с требованием о компенсации морального вреда, причиненного нарушением трудовых прав, в тех случаях, когда требование о компенсации морального вреда заявлено в суд после вступления в законную силу решения суда, которым нарушенные трудовые права восстановлены полностью или частично.
Федеральному законодателю предписано внести в действующее правовое регулирование изменения, направленные на установление такого срока.
Пока этого не сделано, требование о компенсации морального вреда, причиненного нарушением трудовых прав, может быть заявлено одновременно с требованием о восстановлении нарушенных трудовых прав с соблюдением сроков, предусмотренных частью первой ст. 392 ТК РФ, либо в течение трехмесячного срока с момента вступления в законную силу решения суда, которым эти права были восстановлены полностью или частично.
Подготовлено экспертами компании «Гарант»
